Чёрный клевер: Прости меня!

Аста и Юно, наконец, встретились лицом к лицу с финальной формой Люциуса Зогратиса. Битва, длившаяся, казалось, целую вечность, истощила магические силы всех рыцарей Чёрного Клевера. В решающий момент, когда Люциус готов был нанести сокрушительный удар, способный стереть Королевство Клевера с лица земли, Юно, используя свою магию ветра, создал барьер, чтобы защитить Асту. Но силы были неравны. Барьер треснул, и осколок проклятой магии Люциуса пронзил грудь Юно. Аста видел, как его друг и соперник падает на землю, его глаза, полные решимости, медленно закрываются. В этот миг мир для Асты перестал существовать. Он закричал, но звук не вырвался наружу. Время замедлилось. Он видел, как Либе, его демон, пытается докричаться до него, как Нуэль и Ями бросаются вперёд, но всё это было где-то далеко. Внутри Асты что-то сломалось. Ярость, отчаяние и чувство вины смешались в единый, всепоглощающий вихрь. Он вспомнил все их сражения, все споры, все моменты, когда они подталкивали друг друга вперёд. И теперь, когда Юно лежал без движения, Аста понял, что его главная цель — стать Королём Магов — потеряла всякий смысл без его вечного соперника. Его антимагия, обычно яркая и бурлящая, почернела, сжалась в одну точку, а затем взорвалась ослепительной вспышкой, вырвавшейся за пределы физического мира.

Аста очнулся в пустоте. Это было не то место, где он сражался минуту назад. Вокруг не было ни звука, ни света, только серая, бесконечная мгла. И в этой мгле стоял силуэт. Человек, которого Аста никогда не ожидал здесь увидеть. Это был он сам, но старше, с потухшим взглядом и седыми прядями в волосах. Этот призрак из будущего, назвавший себя «Аста, который не смог защитить», протянул руку и показал Асте видение. Он увидел мир, где Юно погиб в этой битве. Аста видел, как он сам, обезумев от горя, уничтожил Люциуса, но цена была чудовищной. Его антимагия вышла из-под контроля, поглотив половину королевства. Он видел, как рыцари Чёрного Клевера, его семья, смотрели на него со страхом. Как Нуэль плакала, умоляя его остановиться. Как Ями, лишившись руки, пытался вразумить его. Но тот, другой Аста, не слышал. Он стал тираном, который уничтожал всё на своём пути, пытаясь заполнить пустоту внутри. «Прости меня», — прошептал призрак, и в его голосе была такая боль, что у Асты перехватило дыхание. «Я не смог сберечь то, что было дорого. Я предал всё, во что мы верили». Это было не просто предупреждение. Это было зеркало, в котором Аста увидел своё возможное будущее. Он понял, что его ярость и отчаяние — это не сила, а слабость. Истинная сила заключалась не в том, чтобы отомстить за друга, а в том, чтобы жить так, как они мечтали вместе. Сжимая в руке потускневший четырёхлистный клевер Юно, Аста, наконец, произнёс слова, которые должен был сказать давно: «Прости меня, что я не стал сильнее раньше. Но я исправлю это. Я не позволю этому будущему случиться». В тот же миг пустота раскололась, и Аста, с новым, чистым пламенем антимагии, рванул обратно в бой, чтобы вырвать своего друга из лап смерти и изменить саму судьбу.